Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Язык и культура Фидарова Ф.К. Культурная идентификация Германии через язык немецкой общественно-политической речи

Фидарова Ф.К. Культурная идентификация Германии через язык немецкой общественно-политической речи

Фидарова Фатима Казантемировна

кандидат культурологии, доцент
кафедра немецкого языка и культуры
Факультет иностранных языков и регионоведения
МГУ имени М. В. Ломоносова;
тел. 8-926-213-86-31
e-mail:fidarova@inbox.ru

Культурная идентификация Германии через язык немецкой общественно-политической речи

Статья посвящена анализу культурной и национальной особенности  немецкой общественно-политической речи в Германии между двумя мировыми войнами. Главным условием общения является общность коммуникативных средств и знаний, общность культурных и национальных традиций. Для адекватного понимания   политологической терминологии требуется дифференцированное описание и толкование с учетом общности культурных и национальных особенностей.

Ключевые слова: культурная идентификация, фёлькиш идеологии, полифункциональность, Третий рейх.

This article analyses cultural and national peculiarities of the German public and political speech between the two world wars in Germany. A key to communication is the unity of communicative means and knowledge, the unity of cultural and national traditions. For adequate understanding of the political terminology, it is essential to ensure the differentiated description and interpretation, taking into account the unity of cultural and national peculiarities.

Key words: cultural identification, völkische ideology, multi-functionality, Third Reich. 

Культурная идентификация Германии тесно связана с ее языком  общественно-политической речи.   Для понимания указанной темы необходимо обозначить культурные и национальные особенности  немецкой общественно-политической речи. Однако на пути анализа данной темы мы сталкиваемся с проблемой, которая отсутствует в культуре и политической культуре вообще в других странах. Мы имеем дело с культурологической проблемой, которая по своей сути не свойственна другим культурам, что приводит к непониманию в другой культуре и вызывает скорее даже некоторый враждебный настрой.

Разумеется, в немецкой общественно-политической речи есть такая терминология, которая и должна вызывать неприятие в другой культуре в силу его национал-социалистического прошлого. Однако в культуру Германии вошла такая терминология, которая должна была способствовать культурному и национальному возрождению немцев после проигранной Первой мировой войны, но эта терминология оказалась идеальным вспомогательным средством, благодатной почвой  для варварских действий национал-социалистов и привела в итоге к полному краху Германской империи и распаду рейхснации.

Проблемы современной немецкой общественно-политической речи тесно связаны с политологической терминологией XX века.

Главным условием общения является «общность коммуникативных средств и знаний, общность культурно-национальных традиций» [Юдина, 1993, 11]. Такой подход особенно важен для понимания и общения в   общественно-политической сфере, в которой для адекватного понимания политологической терминологии требуется дифференцированное описание и толкование с учетом общности культурных и национальных особенностей.

Немецкая политологическая терминология в XX веке претерпела серьезные изменения, появилась терминология, которая никогда не являлась частью политической традиции и политической культуры  Германии.

Самым трагическим  из этих понятий для самой Германии и многих    государств Европы стало понятие «нацизм», которое, как было сказано, никогда не являлось частью политической культуры немцев. Искоренение этого понятия из жизни народов после Второй мировой войны и Нюрнбергского процесса многим политикам и лидерам государств казалось окончательным.

Однако они ошиблись в своем видении проблемы. Понятие «нацизм» и сегодня является для радикальных политиков и групп готовым, удобным, человеконенавистническим инструментом для расправы с политическими противниками и уничтожения национального меньшинства народа.

В Германии до 1945 года это слово свое трагическое воздействие оказывало в содружестве с понятием фёлькиш (нем. völkisch). Любой шаг, форма работы и действие немца этого периода должно было соответствовать фёлькиш идеологии.

Национал-социалистам нравилось это слово, оно незримо, но активно заставляло немца «выжать» из себя то, на что он не был предназначен и готов по своей природе и воспитанию – убийство своих сограждан и уничтожение миллионов людей по всему миру. Однако подобным трагическим содержанием понятие фёлькиш наполнили  национал-социалисты.

Немецкую   политологическую терминологию условно можно разделить на  терминологию после Первой мировой войны или между двумя мировыми войнами, после Второй мировой войны, в эпоху холодной войны и железного занавеса, падение берлинской стены.

Таким образом, мы можем говорить о пяти условных категориях политологической терминологии в политической культуре Германии соответствующего периода.

Соответственно, к терминологии между двумя мировыми войнами можно отнести следующие термины: völkisch, расовую теорию, народ без пространства, Третий рейх, фолксдойче, рейхсдойче;  в период нацизма: фёлькиш, Machtergreifung, Gleichschaltung; после Второй мировой войны: «холодная война», «железный занавес», die Wende.

Именно эта терминология представляет определенную проблему студентам при переводе немецкого текста на русский язык.

Работая над текстом, необходимо помнить о его полифункциональности. «Для того, чтобы выполнить определенную художественную задачу, текст должен одновременно нести и нравственную, политическую, философскую, публицистическую функцию, и наоборот: для того, чтобы выполнить определенную политическую роль, текст должен реализовать и эстетическую функцию»  [Лотман, 1972, 7-9].

Характерной особенностью после проигранной Первой мировой войны и Версальского договора в Германии стала милитаризация языка.

Эвфемизмы также использовались, чтобы скрыть от немецкого народа реалии внутренней политики национал-социализма. Так, из мира механики перекочевал безличный термин  Gleichschaltung –„термин, который использовался  национал-социалистами в Германии для обозначения установления контроля над общественными и политическими процессами в стране и включения всех общественно-политических организаций в систему нацистской власти в идеологическом, политическом и административном смысле“ [Захаров, 2012, 204-210].

Практически все политологические понятия  „Третий рейх“, „Расовая теория“, „Народ без пространства“ связывают с национал-социализмом. Однако эти термины существовали до прихода национал-социалистов к власти в Германии, они использовались для культурного и политического возрождения после проигранной Первой мировой войны, и они имели характер гипернационализма, но в них отсутствовал человеконенавистнический смысл, призывающий к прямому захвату пространства и уничтожению людей.

Убедительным примером для понимания указанной проблемы может служить стихотворение Стефана Георге «Новый Рейх», написанный в 1928 году. В  стихотворении совершенно ясно чувствуется пророческое видение поэта о том, что немецкий народ созрел для прихода Гитлера к власти, «он рвет оковы, приводит в порядок груды развалин и сеет семена Нового Рейха» [Linden, 1944, 395]. Политический романтизм Георге сбылся, Третий рейх стал в 1933 году реальностью, но сам он отказался сотрудничать с   национал-социалистами.

Термин  Третий рейх принадлежит Меллеру ван ден Бруку, который в 1923 опубликовал книгу с таким же названием. По мнению Г. Крейга, он не внес большей ясности, когда написал: «Немецкий национализм борется за конечный рейх. Его вечно сулят, но никогда не выполняют обещаний. Это совершенство, которое может быть достигнуто лишь в несовершенстве. Есть лишь Рейх. Немецкий национализм сражается за осуществимый рейх»  [Крейг, 1999, 226].

В действительности Меллер ван ден Брук видел и представлял себе будущее государство без либерализма и отвергал его, ибо он привел к позорным Версальским соглашениям. Автор книги отвергал английский парламентаризм и демократию и видел в национализме решение многих проблем Германии. Он считал, что «на место преобладания партий нужно поставить идею «Третьего рейха» [Крейг, 1999, 226].

Бестселлер Ханса Гримма (1875-1959) «Народ без пространства» (Hans Grimm, „Volk ohne Raum“) был написан в 1926 году. Именно это название колониального романа писателя стало ключевым понятием и основополагающим термином национал-социалистов для захвата чужих территорий. Гримма считают фёлькиш писателем.

Фёлькиш литература в Германии создавалась не под влиянием национал-социалистов, а до их прихода к власти. «Литература Третьего рейха» [Beutin, 1992, 393], т. е. литература, которая считалась образцовой национал-социалистической, была написана уже в период Веймарской республики, даже уже до 1918 года.

По мнению У. Кетельзена, название «фёлькиш  литература» [Ketelsen, 1976, 1] является общим названием, в котором объединены различные литературные национальные и консервативные направления. Такого же мнения придерживается К. Вондунг. Оба эти автора считают, что стиль фёлькиш начал набирать силу в конце XIX столетия. Общим для всех этих произведений был антидемократизм, антисемитизм и прославление «германской расы» - качества, которые так пригодились нацистам.

Поэтому неудивительно, что «фёлькиш литература», которая до1933г. была лишь одним литературным направлением среди многих других, после прихода  национал-социалистов была доведена до уровня «государственной литературы» [Beutin, 1992, 193].

Движение «фёлькиш» ввело новое название «рейхсдойче» (нем. Reichsdeutsche) для немцев, проживавших до 1914 г. в Германии и «фолксдойче» (нем. Volksdeutsche) - для немцев,  проживавших до 1914 г. за пределами Германии. Понятие «фолксдойче» сильно содействовал сплочению немцев, оказавшимся в составе других государств из-за проигранной Первой мировой войны и Версальского договора, т. е. фактически распространению и принятию идей фёлькиш.  Главной целью движения «фёлькиш» было объединение всех немцев в Третьем рейхе без кабального  Версальского договора.

Известный исследователь и знаток проблемы «фёлькиш» М. Бросцат указывает, что после 1919 г. колонисты стали называть себя немцами и почувствовали вдруг свою зримую связь с рейхом  [Broszat, 1958, 60].

Известным последователем расовой теории Гобино и Гэлтона в Германии был Отто Аммон (1842-1913), и его исследования «Физические различия европейских рас» и «Расы и их психические особенности» вышли в 1912 и 1914 г. г. Следует указать, что тема расовой теории  уже тогда стала частью европейской культуры. В 1853-55гг. во Франции вышла книга поэта, дипломата и социолога Гобино «Размышления о неравенстве человеческих рас». Гобино ввел в обращение понятие нордической расы, которая отличается высоким ростом, светлыми волосами и голубыми глазами. Согласно Гобино, превосходной по отношению к черной и желтой расам, является белая – арийская раса.  Однако Гобино утверждал, что арийцы, подчинив себе низшие расы, сами смешиваются с ними, а «нечистота крови» ведет к гибели культуры и человечества.

Аммон  причислил  всех немцев к нордической - германской расе и считал ее господствующей расой, и она является «двигателем более высокой культуры»  [Gartenlaube, 1914, 13].

Следовательно, немцы поддержали эту общеевропейскую тенденцию в культуре, которая выражала себя через расовую теорию, но они не являются ее создателями.

Термин Machtergreifung ошибочно связывают с приходом Гитлера к власти в 1933 году, следовательно, перевод всегда содержит именно эту дату и значение „захват власти“. В действительности этот  термин означает объединение в 1934 г. Гитлером должности президента и рейхсканцлера.

Термины  «холодная война» (нем. der kalte Krieg), «железный занавес» (нем. der eiserne Vorhang) тесно связаны. Провозглашением «холодной войны» принято считать речь У. Черчилля 5 марта 1946 г. в Фултоне (США), которая подразумевала «железный занавес» между Востоком и Западом.  Термин die Wende (нем. период перемен в ГДР в 1989 г.) знаменует собой мирную смену коммунистического режима в ГДР.

Нарушение культурного равновесия в  Германии из-за огромного притока мигрантов вселяет в немцев страх потерять свою национальную идентичность. Этот страх ведет к тому, что усиливается социальное противостояние  внутри немецкого общества.

Об опасности современной ситуации свидетельствует и успех патриотического движения Pegida, которое возглавило демонстрации против засилья мигрантов в Германии и насчитывает в своих рядах уже сотни тысяч сторонников.

Политологические термины сегодня в Германии снова могут стать судьбоносными в силу указанного выше кризисного состояния немецкого и всего европейского общества. Так исторически сложилось, что люди в Германии и России свои политические требования и протестное состояние выражали через литературу, поэзию. В 1933 году немцы поддержали провозглашение Третьего рейха, поскольку Германия находилась в глубоком экономическом и политическом кризисе, и доминировал культурный пессимизм. Можно ли с уверенностью говорить о том, что содержание и смысл указанной терминологии утратили свое значение?

Об актуальности данной темы лучше всего сказал бывший президент ФРГ Роман Герцог, выступая с торжественной речью по поводу 60-летия «Хрустальной ночи» (нем. Reichskristallnacht“) 9 ноября 1938 года. Политикам, призывающим вычеркнуть подобную терминологию о погроме синагог и убийстве людей из политической терминологии Германии и таким образом искоренить из словоупотребления немцев, президент напомнил о неразрывной связи памяти, истории и идентичности.

Герцог призывает сохранять память о таких самых позорных и постыдных моментах, поскольку выросло «поколение, которое не знает, что такое так называемый Третий рейх и Вторая мировая война, но на них также возложена ответственность за эти события»  [Bulletin, 1998, 917].

Продолжая эту мысль, Герцог призывает нас помнить эти термины ради жертв и нас самих, ибо, на его взгляд, идентичность народа составляет и доброе, и злое в истории человека и человек не может уже отказаться от плохого.

Об актуальности данной темы говорит также то, что термины „народ“, „отечество“ (нем. Volk, Vaterland) как „сила старого слова“, [Загрязкина, 2013, 7-20], которые немцам доставляют неловкость из-за их национал-социалистического прошлого, у нового патриотического движения Pegida стали слоганом. Главный слоган сторонников движения – „Wir sind das Volk“, пресса как самое сильное массовое оружие впервые названа лживой прессой (Lügenpresse), а сами журналисты являются предателями народа  (нем. Volksverräter) [Spiegel Online 2015,  6 Januar].

После Первой мировой войны в Германии понятие „народ“ расширилось до понятия „народ без пространства“, затем это уже не просто народ, а „народ арийской расы“. Нерешенные послевоенные проблемы оформились в четкие и зримые понятия, нашли своего вождя и привели к самой страшной катастрофе XX века в первую очередь для нашей страны.

Однако опасные тенденции для существования культуры и стабильности государства и сегодня существуют в Германии. Выросло новое поколение, которое не знает ужасов войны, оно готово действовать радикальными мерами для спасения своего отечества, чтобы оградить его от исламизации и притока мигрантов.  Не следует забывать, что задачей политика-оратора «является оказать воздействие на разнородную и большей частью аморфную группу людей. Такое воздействие может осуществляться как посредством риторически привлекательно построенного выступления, так и посредством выдвижения новых, но ожидаемых ценностей»  [Юдина, Теория 2001, 8].

Согласно К. Шмитту, все политические понятия, представления и слова имеют полемический смысл. «Они исходят из противоположностей, привязаны к конкретной ситуации, последнее следствие которой есть разделение на друзей и врагов, находящее выражение в войне или революции» [Шмитт, 2013, 29]. Продолжая эту мысль, Шмитт делает важный вывод для выхода из современной кризисной ситуации и утверждает, что эти политические понятия и слова «становятся пустыми призрачными абстракциями, как только это критическая ситуация исчезает»  [Шмитт, c. 29].

Ценностное и культурологическое осмысление терминов языка Третьего рейха указывает на актуальность данной темы для современного мира, охваченного геополитическим противостоянием и  терроризмом. Огромную силу воздействия на умонастроение народа заключала в себе поэзия и литература, на которую опирались политические лидеры.   Язык является зеркалом культуры народа, через политическую и историческую обусловленность он свидетельствует о культурной идентификации.

Однако культура должна иметь защитный механизм, чтобы исключить вторжение в нее такой разрушительной силы как национал-социализм в  политическом и культурном пространстве не только Германии, но и всего мира.

Список литературы:

  1. Загрязкина Т. Ю. Слово. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2013. №2. С. 7-20.
  2. Захаров В. В. От нацисткой политики „гляйхшальтунг“ к культурно-национальной автономии советского типа. См. Традиционные общества: неизвестное прошлое. Сб. статей. Ч., 2012. С. 204-210.
  3. Цит. по Крейг Г. Немцы. М., 1999. С. 226.
  4. Лотман Ю. М. Анализ поэтического текста. Л., 1972. С. 7-9.
  5. Шмитт К. Понятие политического. М., 2013. С. 29.
  6. Юдина Т. В. Стратификация немецкой общественно-политической речи. М., Московский университет, 1993. С. 96.
  7. Юдина Т. В. Теория общественно-политической речи. М., Московский университет, 2001.  С. 8.
  8. Beutin W., Ehlert K. Deutsche Literaturgeschichte. Stuttgart, 1992. S. 193-393.
  9. Broszat  M. Die völkische Ideologie// Deutsche Rundschau. 1958. № 1. S. 60.
  10. Ketelsen U. Völkisch nationale und nationalsozialistische Literatur in Deutschland 1890-1945. Stuttgart, 1976. S. 1.
  11. Bulletin. Presse-und Informationsamt der Bundesregierung. Bonn, 1998. 75/ S. 917.
  12. Die Gartenlaube.  Leipzig, 1914. S. 1002
  13. Linden W. Deutsche Dichtung am Rhein. Ratingen, 1944. S. 395.
  14. Spiegel Online 2015,  6 Januar.

 

 

 

 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа


Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"

№ 1, 2012 г.  
№ 2, 2013 г.  
№ 3, 2013 г.  
№ 4, 2013 г.  
№ 5, 2014 г.  
№ 6, 2014 г.  
№ 7, 2014 г.  
№ 8, 2015 г.  
№ 9, 2015 г.  
№ 10, 2016 г.  
№ 11, 2016 г.  
№ 12, 2016 г.  
  № 13, 2016 г.  
№ 14, 2017 г.  
 
№ 15, 2017 г.