Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Актуальные проблемы регионоведения Волкова Е.С. "Новоанглийский пуританизм как исторический и региональный феномен"

Волкова Е.С. "Новоанглийский пуританизм как исторический и региональный феномен"

Волкова Елена Сергеевна 

к.и.н., преподаватель
кафедры региональных исследований
факультета иностранных языков
и регионоведения
МГУ имени М.В. Ломоносова.
e-mail: gladden@yandex.ru


Новоанглийский пуританизм как исторический и региональный феномен

Новоанглийский пуританизм является системообразующим элементом в процессе становления американских политических институтов, культуры и национального самосознания, определяющих в немалой степени черты современного американского общества. Представление о Новой Англии как регионе, имеющем свою специфику, обусловленную особенностями географического положения, общностью идейно-политических взглядов и экономических интересов, закладываются именно в колониальный период.

Ключевые слова: Новая Англия, новоанглийский пуританизм, ортодоксальный пуританизм, теория ковенанта, пуританская проповедь.

New England Puritanism as a historical and areal phenomenon

New England Puritanism is a key element in the formation of American political institutions, culture and national identity that to a large extend determines the features of American society nowadays. And it was in the colonial period of American history that New England began to be viewed as a special area with its own peculiarities due to its specific geographical position, economic interests, common ideological and political views.

Key words: New England, New England Puritanism, puritan orthodoxy, covenant theory, puritan sermon.


Пуританизм – явление чрезвычайно сложное, с самого начала не отличавшееся единством, включает различные понятия, что делает практически невозможным выработку единого всеобъемлющего определения феномена пуританизма в целом и новоанглийского пуританизма в частности.

Сам термин «пуританизм» (от лат. “purus”; англ. “pure” – чистый, истинный) возник в Англии в середине XVI в. в качестве названия особого течения в англиканской церкви – движения «истинных» протестантов, сторонников очищения церкви от наследия католицизма. Участников этого движения стали называть «пуританами». В эпоху королевы Елизаветы и первых Стюартов они выступали за углубление Реформации, против режима абсолютизма, позднее явились мощной духовной и политической силой Английской революции.

Однако данное движение не было однородным. Умеренное крыло (пресвитериане) считало возможным «очистить» церковь «изнутри», сохранив ее государственное значение и иерархическую структуру. Радикальное крыло (конгрегационалисты) добивалось независимости церкви от государства, а также независимости каждой церковной общины – конгрегации – друг от друга.

В начале XVII в. часть пуритан покинула родину и приняла активное участие в колонизации Северной Америки, создав ряд колоний, среди которых особое место занимал Массачусетс (1630), основанный пуританами-конгрегационалистами. Вместе с тем пуритане, переселившиеся в Америку, также не отличались единством. Как верно замечает Н.Е. Покровский, понятие «пуританизм» представляет собой «соединение не вполне однородных религиозных и социальных течений»[1]. Оно характеризует не только реформаторов англиканской церкви, движущие силы «пуританской революции» в Англии, но также служит обозначением идейных взглядов первых поселенцев Новой Англии, теологических воззрений и принципов церковного устройства.

Применительно к XVII в. в истории Новой Англии прочно укоренился термин «ортодоксальный»[2] пуританизм, отражающий систему взглядов первых колонистов, заложивших основы общественного и церковного устройства колонии Массачусетс – самой крупной и влиятельной в регионе. В Коннектикуте ортодоксальный пуританизм также пользовался значительным влиянием.

Несмотря на то что с самого начала своего развития общество Новой Англии не отличалось единообразием в идейном плане, пуританам-ортодоксам удавалось сохранять доминирующее положение в религиозной и общественной жизни колонии вплоть до начала XVIII в.[3].

Религиозный фактор, несомненно, играл первостепенную роль в развитии новоанглийских колоний. Пуританская идеология, послужившая импульсом к переселению в Новый Свет, помогала колонистам справиться с многочисленными трудностями и испытаниями.

Главным и единственным источником веры для пуритан, как и для протестантизма в целом, являлась Библия. Пуритане, переселившиеся в Новую Англию, видели в Священном Писании своеобразный свод практических правил, указаний и норм поведения. Как отмечает американский историк Д. Бурстин, «богословие волновало их не столько само по себе, сколько в приложении к течению повседневной жизни, особенно общественной»[4]. Каждый верующий, таким образом, должен был знать священный текст. Это обстоятельство во многом объясняет две важнейшие особенности новоанглийского пуританизма.

Во-первых, практика самостоятельного чтения Библии приводила к осознанию высокой ценности образования и необходимости достижения высокого уровня грамотности среди верующих. В связи с этим в Массачусетсе практически сразу принимаются законы, касающиеся образования, в частности, закон о создании общественных школ (1647). Первое же высшее учебное заведение – Гарвардский колледж – основывается уже через шесть лет после основания колонии, в 1636 г.[5]. Во-вторых, появление различных интерпретаций и толкований в вопросах веры приводило к определенным изменениям, которым периодически подвергалась теологическая доктрина новоанглийского пуританизма.

Не вызывает сомнений тот факт, что пуританам, переселившимся на американский континент, была присуща идея мессианства. Филипп Л. Берг в статье «Расизм и пуританское мышление» отмечает, что постоянные сравнения себя с древними израильтянами заключают нечто большее, чем просто иносказательную речь. «Англия была их Египтом... Атлантический океан – их Красным морем. Они часто говорили о ковенанте, который они заключили с Богом…»[6].

Тема «Великого исхода» составляла стержень всех побуждений и образа мыслей пуритан, не сомневавшихся в своей избранности. Пуритане верили, что все происходящее с ними – воплощение божественного предначертания. Главная задача новоанглийских пуритан заключалась в построении «Града на холме», идеального общества, где жизнь идет по законам Священного Писания, а положение людей максимально приближено к тому, которое предопределено волей Бога. Созданный ими мир должен был стать своеобразным примером для подражания.

Идейной основой новоанглийского пуританизма являлся прежде всего кальвинизм с его идеей предопределения судьбы, мирского аскетизма и доктриной призвания, которые, однако, подверглись изменениям в условиях Новой Англии. Пуритане верили в то, что еще до сотворения мира Господь предопределил одних к спасению, других обрек на вечные муки, при этом, в отличие от кальвинизма, новоанглийскому пуританизму свойственно представление о возможности обнаружить в течение жизни «подтверждение» своей избранности, которое может выражаться в благополучии и благосостоянии. Таким образом, идея предопределения судьбы не вела к фаталистической покорности, а, напротив, способствовала активной деятельности верующего, стремившегося в мирской жизни обнаружить доказательства своей избранности. Важно было не сомневаться в своем спасении, которое могло быть достигнуто лишь беззаветной верой.

В связи с этим необходимо также сказать о другой важной особенности ортодоксального пуританизма – неприятии принципа веротерпимости. Подвергаясь преследованиям в Англии, пуритане, переселившись в Америку, сами оказались неспособны проявить веротерпимость по отношению к другим конфессиям, жестоко пресекая ересь, инакомыслие и любые отклонения от того, что в их понимании было истинным христианством. Поскольку веротерпимость воспринималась не иначе, как сомнение и неуверенность в истинности собственной веры, «высказывание мыслей, которые наносят ущерб основам»[7], в Массачусетсе считалось страшным грехом наряду с идолопоклонничеством, богохульством, ересью, и должно было быть подвержено наказанию со стороны гражданской власти.

Теснейшим образом с идеей предопределения судьбы переплеталась доктрина призвания, предписывающая каждому человеку заниматься богоугодным делом, которое для него определил Господь и к которому он, таким образом, имеет призвание.

И все же основополагающей идеей новоанглийского пуританизма, ставшей ключевой как в вопросах церковного, так и гражданского устройства, является учение о ковенанте – божественном договоре, или «завете». Основываясь на Библии, новоанглийские пуритане были убеждены в том, что Бог заключил с людьми своеобразный договор, в соблюдении которого и был смысл человеческого существования[8]. Первый договор, согласно этим представлениям, состоялся между Богом и Адамом, когда Бог поместил сотворенного им человека в Эдем и заповедовал ему вкушать плоды со всех деревьев, кроме древа познания добра и зла. Однако данный завет не был выполнен, наложив тем самым на людей отпечаток греховности. После этого был заключен новый договор с Авраамом, так называемый ковенант благодати[9], непременным условием которого стала вера в могущество и волю Бога.

И именно идея ковенанта в этом смысле сплачивала верующих в христианское сообщество, делая при этом внутреннюю преданность Богу основой общественной морали. Так называемая ковенантная теория, сформулированная пуританскими священниками на основе текста Священного Писания, распространялась на многие стороны религиозной, нравственной, экономической и политической жизни. Неотъемлемой частью новоанглийского пуританизма стали такие понятия, как «ковенант благодати», обосновывавший полезность веры; «церковный ковенант», дававший истинным христианам свободу и право изучать божественные заветы; а также «социальный ковенант», определяющий общественное устройство общины верующих.

Основополагающим и незыблемым принципом для пуритан Новой Англии являлся конгрегационализм, заключающий принцип автономии и независимости отдельных конгрегаций[10], предполагающий широкое самоуправление с участием мирян, а также проявляющийся в неприятии церковной административной централизации в лице епископата и королевской власти. С этой точки зрения устройство англиканской и католической церквей подвергалось жесткой критике за излишнюю иерархичность и централизованность.

Конгрегация основывалась на церковном ковенанте[11], заключенном между ее членами, а также между ними и Богом. Для поддержания порядка конгрегация избирала пастора и церковных старост. Отвергая существование «Всеобщей Видимой Церкви»[12], каждая церковная община считала своим главой Христа. Однако, несмотря на равенство и независимость отдельных конгрегаций, каждая община должна была в то же время согласовывать религиозные верования с другими общинами, «так как все они объединены во Христе»[13]. Наиболее важные вопросы, связанные с религией, был призван решать Синод[14], формировавшийся из священников местных церквей. Другими словами, новоанглийский пуританизм представлял собой «срединный путь» между пресвитерианством, сохранившим церковную иерархию, и радикальным индепендентством, отрицавшим какую-либо зависимость отдельных конгрегаций от других церквей.

Утверждалось, что «церковное управление не противопоставляется гражданскому»[15], и именно членство в церкви делало человека полноправным членом гражданского общества, предоставляя, в частности, избирательное право[16].

Однако полноправным членом церкви мог стать не каждый. «Двери церквей Христа на земле открыты не так широко, чтобы всякие люди, хорошие и плохие, могли свободно вступить в нее по своему желанию; но те, кто допускаются в нее как члены, должны сначала пройти испытание»[17], заключавшееся в публичном заявлении о своем «просветлении», которое служило доказательством веры.

Человек должен был засвидетельствовать опыт своего обращения к вере, сущность которого составляла «внутренняя борьба», неустанный контроль, самодисциплина и самопревосхождение на пути обретения нового духовного облика[18]. Обращению должен был предшествовать так называемый подготовительный период, в ходе которого происходит признание своей низменности и порочности, раскаяние в грехах и самоуничижение. А это в свою очередь вело к осознанию того, как сильно человек нуждается в спасительной силе божественной благодати, вера в которую вселяет, если не уверенность, то, по крайней мере, надежду на спасение[19].

В основе данных представлений лежит библейский сюжет, рассказывающий об обращении в веру апостола Павла на пути в Дамаск[20]. Согласно этому сюжету Павел был направлен в Дамаск с поручением предать на мучения скрывавшихся там христиан. Однако на пути в Дамаск на него снизошел божественный свет и голос, возвестивший о том, что ему надлежит идти с проповедью учения Христова к язычникам. Ослепнув от божественного света, три дня он пребывал в посте и молитве, и лишь исполнившись Святого Духа, «тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, и вдруг он прозрел; и, встав, крестился» (Деян. 9:1–18).

Ортодоксальные пуритане обосновывали столь жесткие требования приема в полноправные члены церковной общины представлением о существовании двух церквей – «видимой» и «невидимой», которая состояла из тех, кто предопределен к спасению. Несмотря на то что в миру отличить избранных было невозможно, новоанглийские пуритане чувствовали необходимость обнаружить так называемых святых[21], предопределенных к спасению, которые должны составлять «видимую» церковь, тем самым уменьшая «дистанцию» между видимой и невидимой церквями. Таким образом, механизм приема в полноправные члены церкви строился на представлении о том, что можно выявить святых по призванию.

При этом обрядовая жизнь конгрегационалистских общин фактически сводилась к молитвам, а основная практическая деятельность священников заключалась в проповедовании. Как верно отмечает Д. Бурстин, по мнению колонистов, «каждому должен быть открыт свет евангельских истин. А что может послужить этому лучше, нежели устное выступление, в ходе которого человек ученый и красноречивый высветит сквозь призму Слова Божьего суть жизненного удела любого из смертных, заполняющих храм?»[22]

В Новой Англии практика проповедования получила широкое распространение. Проповедь не просто служила средством информирования, наставления и своего рода агитации, но в первую очередь являлась посланием от Божьего имени. В связи с этим главное назначение проповедника заключалось в верном толковании и донесении до людей слова Божьего. Все содержание проповеди строилось на основании библейского сюжета, выбранного автором для обращения к определенной проблеме.

Пуританские проповеди XVII в. имели ряд характерных особенностей. Новоанглийскими пуританами был разработан особый стиль написания и чтения проповедей, известный как «простой стиль»[23]. Его специфическими чертами являлись доступность, простота изложения, аргументированность. Кроме того, новоанглийские пуританские проповеди отличались четкой логической структурой, а смысловое наполнение менялось в зависимости от обстоятельств и целевого назначения той или иной проповеди.

Основные принципы построения текста пуританской проповеди, впоследствии ставшие традиционными, впервые были наиболее полно изложены в специальном руководстве английского пуританского священника Уильяма Перкинса (1558–1602) «Искусство проповедования»[24].

У. Перкинс в основе пуританской проповеди выделяет три части: доктрину, обоснование и применение. Каждая проповедь состоит из одной или нескольких доктрин (определенных утверждений, полученных в результате исследования текста Писания и провозглашаемых проповедником с целью убедить слушателей и каким-либо образом повлиять на их дальнейшую деятельность и поведение). В задачи проповедника входит определение отрывка из Священного Писания, его подробный разбор и истолкование путем проведения грамматического, лексического и риторического анализа, в частности, важно определить лексические значения ключевых слов, отвечающие истинному смысловому содержанию. Вслед за подробным разбором текста необходимо обосновать истинность полученной в ходе анализа текста доктрины и далее суметь использовать ее на практике так, чтобы это соответствовало обстоятельствам места и времени. Проповедник показывает, на основании каких доказательств, и, пользуясь, каким методом рассуждения, он пришел к тому или иному выводу.

Проповеди, помимо своего главного назначения – разъяснения Библейских текстов и наставления в вере, чаще всего имели и более практическое назначение. При этом важно заметить, что логическая структура проповеди существенно не меняется. В основе по-прежнему лежит цитата из Священного Писания, выбранная и тщательно проанализированная автором, затем формулируется доктрина, подкрепляемая соответствующими аргументами и доказательствами, далее следуют практические наставления и призывы.

Практически любое значимое событие в жизни колонии сопровождалось чтением проповеди. Помимо воскресных дней, проповеди читались в дни поста и Благодарения, по случаю посвящения в духовный сан или похорон. Кроме того, распространенной традицией было оглашение проповедей по случаю выборов в колониальную ассамблею и дни всеобщего сбора колониального ополчения. В то же время светская власть также косвенно вмешивалась в духовную сферу, объявляя дни покаяния в случае тех или иных трагических событий, призывая к посту и молитве[25].

Новоанглийские пуритане наряду с вопросами религии и церковной организации значительное внимание уделяли проблемам политического устройства. Одной из наиболее характерных черт политической доктрины новоанглийского пуританизма является признание ковенанта, заключенного между людьми и Богом, основой устройства общественных отношений.

Большинство пуританских мыслителей, обосновывая существование гражданской власти, исходят из представлений о греховности и врожденной порочности человеческой натуры. В связи с этим цель гражданского правления, по мнению пуритан, заключается не только в обеспечении мира и процветания человеческого общества, но и в контроле за соблюдением религиозных норм.

Аргументируя необходимость перехода людей в гражданское состояние, пастор Старой Южной церкви Бостона Самюэль Уиллард (1640–1707) утверждает, что грехопадение «наполнило сердце развращенными и бунтарскими принципами, стремящимися разрушить весь порядок и низвергнуть мир в хаос; необходимость требует, и политическое счастье людей заинтересовано в создании гражданского правительства»[26].

Неудивительно, что традиционно в представлениях новоанглийских пуритан церковь и политические институты тесно связаны между собой и взаимозависимы, способствуя поддержанию религиозного чувства, должного уровня нравственности и социального порядка в обществе. Так, по мнению Коттона Мезера, «Бог, верховный властелин и король, предоставил функции посредника гражданским правителям, осуществляющим власть над людьми ради их собственного блага»[27], призывая к благородным свершениям и наказывая за совершение злодеяний. По словам другого бостонского священника Бенжамина Колмана, свойственный людям личный интерес – «враг всеобщего благополучия, который искажает все правильное, нарушает все порядки, отравляет все удобства и улучшения в обществе»[28].

Важной и неотъемлемой составляющей политических воззрений новоанглийских пуритан являлись представления о происхождении светской власти, а также о качествах и добродетелях, которыми должен обладать правитель. Принимая во внимание тот факт, что понятие идеала представляет собой важнейший конструктивный элемент сознания, а образ правителя концентрирует как политические, так социальный и эстетические идеалы следует отдельно остановиться на проблеме поиска «идеального правителя».

Пуританские священники придерживались мнения о том, что гражданское правление находится во власти божественного Провидения[29]. «Нет другой силы кроме как от Бога... существующие власти устанавливаются Им; и Ему подотчетны»[30]. При этом отмечается, что выбор формы правления не предопределен божественной волей, а осуществляется людьми[31]. Гражданские правители же в свою очередь являются наместниками Бога на земле[32]. Как отмечает Коттон Мезер, долг людей состоит в том, чтобы молиться за правителей, честно выполнять их предписания, а «те, кто под предлогом христианской свободы противится законной власти... выступают против божьих установлений»[33].

Самюэль Уиллард в проповеди с характерным названием «Образ идеального правителя», произнесенной им по случаю очередных выборов в колониальную ассамблею в мае 1694 г., подчеркивал равенство граждан перед законом, обязанность правителя управлять в согласии с народом, а также приоритет общего блага[34]. Иными словами, оставаясь в рамках политической доктрины, ориентированной на Бога, он вместе с тем воспринял такие важные понятия, как принцип общего блага, а также идею о том, что представители гражданской власти должны править в согласии с народом, так как «не народ создается для правителей, а правители для народа»[35].

Таким образом, пуританам Новой Англии с самого начало было присуще представление о правительстве как институте, ответственном в своих действиях перед народом, а также призванном обуздывать людей, подверженных греху, и способствовать поддержанию религиозности в обществе. Политическая власть должна формироваться из наиболее достойных и менее всего склонных к греху людей. Однако реализация данных представлений на практике сталкивалась со значительными трудностями, которые были связаны прежде всего с колониальным статусом и зависимостью от метрополии в широком смысле.

К концу XVII в. стала очевидной проблема упадка религиозности среди колонистов. Под воздействием целого ряда объективных факторов, а также причин, связанных, главным образом, с противоречиями, заложенными в самом протестантском учении, новоанглийский пуританизм как идейное течение и господствующая теологическая доктрина претерпевает существенную трансформацию.

Идейно-политическая и духовная эволюция общества Новой Англии в конце XVII – первой четверти XVIII в. была обусловлена как внешними факторами (колониальная политика Великобритании, участие в англо-французских войнах, деятельность англиканской церкви в Северной Америке), так и внутренними причинами, связанными с противоречиями и расколами внутри самого пуританизма. Одной из важнейших тенденций духовного развития новоанглийского общества в рассматриваемый период стало постепенное ослабевание религиозного чувства, повлекшее за собой определенную переоценку ценностей и обмирщение всего жизненного уклада. Другая тенденция была связана с распространением в колониях идей Европейского просвещения и нового научного знания, а также с ростом влияния идей английской политической мысли и английской культуры в целом. На протяжении рассматриваемого периода и в особенности в 1720-е годы наблюдается заметный рост политической активности среди населения колоний, на фоне которой закладываются основы гражданского самосознания.

Очевидно, что длительный и постепенный процесс трансформации идейно-политического и духовного развития новоанглийского региона не был завершен к концу первой четверти XVIII в. Вместе с тем именно на рубеже веков происходят события, которые знаменуют собой «мирную смерть» пуританизма, разрушение традиционных устоев пуританского общества Новой Англии образца XVII в.


Список литературы

1. Бурстин Д. Американцы: Колониальный опыт. М., 1993. (Burstin D. Amerikancy: Kolonial'nyj opyt. M., 1993.)

2. Покровский Н.Е. Ранняя американская философия. Пуританизм. М., 1989. (Pokrovskij N.E. Rannjaja amerikanskaja filosofija. Puritanizm. M., 1989.)

3. Berg P.L. Racism and the Puritan Mind // Phylon. Vol. 36. N 1. 1st Qtr., 1975. P. 1–7.

4. Colman B. The Religious Regards We Owe to Our Country. Boston, 1718.

5. Estabrook S. A Sermos Shewing that the Peace and Quietness of a People Is a Main Part of the Work of Civil Rulers, and That it is the Duty of All to Pray for Them. New London, 1718.

6. Foundations of Colonial America. A Documentary History. Vols. 1–3. Vol. 2 / Ed. by W.K. Kavenagh. N. Y., 1973.

7. Mather C. Magnalia Christi Americana; Or, The Ecclesiastical History of New-England, From…the Year 1620, Unto the Year…1698. In seven books. L., 1702. Second edition, reprint. Vols. 1–2. N. Y., 1967.

8. Mather I. The Excellency of a Publick Spirit. Boston, 1702.

9. Mather I. Some Important Truths Concerning Conversion. Boston, 1684.

10. Perkins W. The Art of Prophesying // The Works of That Famous And Worthy Minister of Christ in the Universitie of Cambridge, M. William Perkins. Vol. 1–3, L., 1631. Vol. 2. P. 643–673.

11. Platform of Churche Discipline Gathered out of the Word of God and Agreed upon by the Elders and Messengers of the Churches. Cambridge, 1649.

12. Preston J. Paul’s Conversion, or the Right to Be Saved in Works. L., 1637.

13. The Puritan Tradition in America, 1620–1730 / Ed. by Alden T. Vaughan. Columbia (South Carolina), 1972.

14. Records of the Governor and Company of the Massachusetts Bay in New England, 1628–1686. 5 vols. Vol. I. Boston, 1853–1854.

15. Willard S. The Character of a Good Ruler. Boston, 1694.





[1] Покровский Н.Е. Ранняя американская философия. Пуританизм. М., 1989.C.41.


[2] См., например: Gildrie R.P. The Profane, the Civil and the Godly. The Reformation of Manners in Orthodox New England, 1679–1749. Pennsylvania, 1994; Knight J. Orthodoxies in Massachusetts. Rereading American Puritanism. Cambridge (Mass), 1994; Perry M. Orthodoxy in Massachusetts, 1630–1650. Gloucester (Mass), 1965.

[3] Применительно к началу XVIII в. данный термин становится нарицательным и во многом условным.

[4] Бурстин Д. Американцы: Колониальный опыт. М., 1993. C. 12.


[5] Records of the Governor and Company of the Massachusetts Bay in New England, 1628–1686. 5 vols. Boston, 1853–1854. Vol. I. P. 183.

[6] Berg P.L. Racism and the Puritan Mind // Phylon. Vol. 36. N 1.1stQtr., 1975. P. 3.


[7] Of the Civil Magistrate’s Power in Matters Ecclesiastical // Platform of Churche Discipline Gathered out of the Word of God and Agreed upon by the Elders and Messengers of the Churches. Cambridge, 1649. P. 28.


[8] Of the Form of Church Government // Ibid. P. 1–2.

[9] Of the Form of Visible Church, and Church Covenant // Ibid. P. 5–6.

[10] Конгрегация – так называемая видимая церковь, самоуправляющаяся религиозная община, объединяющая все население данного церковного прихода или селения.

[11] Of the Form of Visible Church, and Church Covenant // Platform of Churche Discipline… P. 5–7.

[12] ] Of the Nature of the Catholic Church in General, and in Special of a Particular Visible Church // Ibid. P. 2.

[13] Of the Civil Magistrate’s Power in Matters Ecclesiastical // Ibid. P. 28.

[14] Несмотря на распространенное в пуританской церкви неприятие к атрибутам епископальных церквей, термин «Синод» сохраняется. Однако в данном случае речь идет не об особом органе церковного управления, а о собрании представителей отдельных независимых конгрегаций, обладающем только совещательными функциями.

[15] Of the Civil Magistrate’s Power in Matters Ecclesiastical // Ibid. P. 27.

[16] Law Defining a Freeman. 1660. May 31 // Foundations of Colonial America. A Documentary History. Vols. 1–3. Vol. 2 / Ed. by W.K. Kavenagh. N. Y., 1973. P. 313–314.

[17] Of the Admission of Members Into the Church // Platform of Churche Discipline… P. 16.

[18] ] Mather I. Some Important Truths Concerning Conversion. Boston, 1684. P. 4–17.

[19] Ibid. P. 66.

[20] Preston J. Paul’s Conversion, or the Right to Be Saved in Works. L., 1637. P. 179–187.


[21] Речь в данном случае не идет о традиционном понимании святых, принятом в христианской религии.


[22] Бурстин Д. Указ. соч. С. 19.


[23] The Puritan Tradition in America, 1620–1730 / Ed. by Alden T. Vaughan. Columbia (South Carolina), 1972. P. 82.

[24] Perkins W. The Art of Prophesying // The Works of That Famous And Worthy Minister of Christ in the Universitie of Cambridge, M. William Perkins. Vol. 1–3. Vol. 2. L., 1631. P. 643–673.

[25] A Proclamation for a Public Humiliation at Salem. 1675. June 10 // Records of the Governor and Company of the Massachusetts Bay. Vol. V. P. 67; A Proclamation for a Fast. 1679. December 11. Boston, 1679.


[26] Willard S. The Character of a Good Ruler. Boston, 1694. P. 2.


[27] Mather C. Magnalia Christi Americana; Or, the Ecclesiastical History of New-England, From…the Year 1620, Unto the Year…1698. In seven books. L., 1702. Second edition, reprint. Vols. 1–2. Vol. 1. N. Y., 1967. Р. 201.

[28] Colman B. The Religious Regards We Owe to Our Country. Boston, 1718. P. 29.

[29] Mather I. The Excellency of a Publick Spirit. Boston, 1702. Р. А4.

[30] Colman B. The Religious Regards We Owe to Our Country. P. 32.

[31] Estabrook S. A Sermos Shewing that the Peace and Quietness of a People Is a Main Part of the Work of Civil Rulers, and That it is the Duty of All to Pray for Them. New London, 1718. Р. 16.

[32] Willard S. Op. cit. P. 3–4, 13.

[33] Mather C. Magnalia Christi Americana… Vol. 1. Р. 201–202.


[34] Willard S. Op. cit. P. 1–5.

[35] Ibid. P. 15.

 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа


Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"

№ 1, 2012 г.  
№ 2, 2013 г.  
№ 3, 2013 г.  
№ 4, 2013 г.  
№ 5, 2014 г.  
№ 6, 2014 г.  
№ 7, 2014 г.  
№ 8, 2015 г.  
№ 9, 2015 г.  
№ 10, 2016 г.  
№ 11, 2016 г.  
№ 12, 2016 г.  
  № 13, 2016 г.  
№ 14, 2017 г.  
 
№ 15, 2017 г.